Какие стихи Исаии предсказывают рождение Иисуса? 7:14, 9:6 и 11:1

Рождество как христианинСмотреть все 36 статей в этом серии

Исаия предсказывает рождение прежде всего в трех отрывках. «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына» (Исаия 7:14); «ибо младенец родился нам, Сын дан нам» (Исаия 9:6); и отросток взойдет от пня Иессея, отца Давида (Исаия 11:1). Матфей цитирует первый из них, когда рассказывает о рождении.

Исаия произнес все три пророчества в темные годы. Ахаз, царь из рода Давида в Иерусалиме, дрожал, когда две армии шли на город. Север страны, вокруг Галилеи, пребывал в скорби и тьме. И Исаия представил семью Давида как дерево, срубленное до пня. В каждый из этих моментов Бог обещал ребенка. Младенец из Вифлеема пришел, когда Его обещания уже были произнесены. Исаия дал первое из них Ахазу примерно в 735 г. до н. э., более чем за семьсот лет до того, как Матфей написал: «А все сие произошло, да сбудется реченное Господом через пророка» (Матфей 1:22).

Isaiah	Слова (KJV)	В Новом Завете
7:14	«Дева во чреве приимет и родит Сына»	Цитируется в Матфея 1:22–23
9:1–2	«увидели свет великий»	Цитируется в Матфея 4:13–16
9:6–7	«младенец родился нам»	Перекликается с Луки 1:32–33
11:1	«отрасль от корня Иессеева»	Связано с Матфея 2:23
11:10	«будет корень Иессеев»	Цитируется в Римлянам 15:12
60:6	«они принесут золото и ладан»	Ссылка на Матфея 2:11

Столетия не стерли эти слова; Матфей, Лука и Павел подхватили их, словно Исаия писал их для своего времени. Еще больше стихов из евангельских историй о Рождестве собрано в Библейские стихи о рождении Иисуса.

Этот знак был впервые дан испуганному царю. Рецин, царь Сирийский, и Факей, царь Израильский, пошли «против Иерусалима, чтобы воевать против него», и когда весть об этом достигла дворца, сердце Ахаза «колебалось, и сердце народа его, как колеблются дерева в лесу от ветра» (Исаия 7:1–2). Бог послал Исаию сказать ему, чтобы он успокоился и не боялся, и предложил ему любой знак по его выбору: «проси себе знамения... в глубине или на высоте» (Исаия 7:11). Ахаз отказался. «Не буду просить и не буду искушать Господа» (Исаия 7:12).

Поэтому Бог Сам выбрал знамение. «Итак Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Исаия 7:14). Исаия сказал, что прежде чем этот ребенок научится «отвергать худое и избирать доброе», оба вражеских царя исчезнут (Исаия 7:16). В примечании к католической «Новой американской Библии» говорится, что этот знак «призван заверить Ахаза в том, что ему не нужно бояться вторгшихся армий Сирии и Израиля».

Матфей слышит те же слова снова при рождении сына Марии. Ангел говорит Иосифу во сне, что ребенок «от Духа Святаго» и должен быть назван Иисусом, а Матфей добавляет стих Исаии с разъяснением его значения: «нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог» (Матфей 1:20–23). Имя, а также то, почему никто в Евангелиях никогда не называет Иисуса этим именем, является темой что означает Еммануил.

Не совсем так. Еврейское слово Исаии — «альма», молодая женщина брачного возраста. В иврите есть более точное слово для обозначения девственницы — «бетула», но Исаия здесь его не использовал. Собственная Библия католических епископов, «Новая американская Библия», отмечает это в примечании: «Еврейское слово “альма” обозначает молодую женщину брачного возраста без прямого указания на девственность».

Однако посмотрите на девушек, которых Библия называет «альма». Слуга Авраама использует это слово у колодца, молясь о девушке, которая окажется Ревеккой: «когда девица выйдет черпать воду» (Бытие 24:43). Это же слово используется для сестры Моисея, которую послала дочь фараона: «И пошла девица и призвала мать младенца» (Исход 2:8). В обеих историях «альма» — это девушка, которая еще не вышла замуж.

Слово «дева» в Евангелии от Матфея дошло до нас через греческий язык и через еврейских посредников. Еврейские ученые, начиная с Александрии, перевели свои Писания на греческий язык, и их версия называется Септуагинта. Там, где у Исаии стоит «альма», они написали «партенос» — греческое слово, которое обычно означает девственницу, и греческий текст Матфея следует их примеру; примечание епископов гласит, что слово из Септуагинты «лежит в основе Мф 1:23». Чтение, которое христиане ценят в Евангелии от Матфея, было впервые зафиксировано еврейскими переводчиками, скорее всего, еще до рождения Марии.

Христианская вера в непорочное зачатие не основывается на одном еврейском слове. Матфей и Лука рассказывают об этом прямо. Сама Мария спрашивает ангела: «Как будет это, когда Я мужа не знаю?», и он отвечает: «Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя» (Лука 1:34–35). Матфей, читая Исаию на греческом, услышал в этом знамении ребенка, зачатого от Духа Святого.

Еврейские комментаторы, такие как Раши, читают это как знамение для дней самого Ахаза. «Танах» издательства Judaica Press, еврейский перевод, говорит о «молодой женщине». Раши, великий еврейский комментатор Библии и Талмуда, родившийся в Труа во Франции в 1040 году, считает, что это жена самого Исаии: «Моя жена зачнет в этом году. Это был четвертый год правления Ахаза». Имя Еммануил, объясняет он, означает «что наш Бог с нами». И само знамение, в его прочтении, было даром пророчества: молодая женщина никогда не пророчествовала, но когда она дала имя ребенку, «на нее снизошло Божественное вдохновение». Некоторые толкователи говорили, что ребенок — это сын Ахаза Езекия, но годы правления царя исключают это, так как Езекия уже родился; такое прочтение, писал Раши, «невозможно».

Таким образом, для Раши знамение принадлежало царю, который его услышал, и тем немногим годам, о которых говорит Исаия 7:16, прежде чем оба вражеских царя исчезли. Приведенное выше католическое примечание начинается с того же места — с Ахаза и его страха. Христиане же слышат в словах Исаии обещание более широкое, чем знал Ахаз, исполненное в ребенке, рожденном от Марии. Прочтение Раши и наше начинаются с одной и той же сцены: пророк говорит дрожащему царю, что Бог с Его народом.

Исаия возвещает об этом рождении как о победе, и то, кем является этот ребенок, зависит от того, как мы воспринимаем данные ему имена. Глава открывается описанием северных земель: «земля Завулонова и земля Неффалимова», «Галилея языческая», которые были тяжко угнетены (Исаия 9:1). Затем прорывается свет: «Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на живущих в стране тени смертной свет воссияет» (Исаия 9:2). Ярмо сокрушено, одежды, обагренные кровью, брошены в огонь (Исаия 9:4–5), и причина тому — младенец:

«Ибо младенец родился нам — Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира. Умножению владычества Его и мира нет предела на престоле Давида и в царстве его, чтобы Ему утвердить его и укрепить его судом и правдою отныне и до века.» (Исаия 9:6–7)

Матфей видит, как свет из 2-го стиха воссиял, когда Иисус покинул Назарет и поселился в Капернауме, «в пределах Завулоновых и Неффалимовых» (Матфея 4:13–16). Лука никогда не цитирует этот стих, но слова ангела Марии звучат похоже: «и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца» (Луки 1:32–33). Гендель включил как Исаию 7:14, так и 9:6 в первую часть своей оратории «Мессия», впервые исполненной в Дублине 13 апреля 1742 года, поэтому всякий раз, когда мы поем его «Ибо младенец родился нам», мы поем слова Исаии в переводе короля Иакова.

В еврейских Библиях Исаия 9:6 имеет нумерацию 9:5. Здесь Раши действительно видит в ребенке Езекию, праведного сына, «родившегося у него много лет назад», который должен был сменить на престоле нечестивого Ахаза. Это не противоречит его примечанию к 7:14, где он не стал бы называть Езекию ребенком, которому еще предстоит быть зачатым, поскольку Езекия уже родился; в 9:6 он слышит, как пророк оглядывается на уже свершившееся рождение. Он читает длинное имя как высказывание о Боге: «Всевышний, благословен Он, дарующий чудесный совет, есть Бог могучий и Отец вечности, нарек имя Езекии “князь мира”», потому что в его дни будет мир. Христиане воспринимают все пять титулов как имена самого ребенка. Когда мы поем «Бог крепкий» над яслями, мы говорим о том, в ком, как мы верим, они лежат.

Зеленый росток от пня. Иессей был отцом Давида, человеком из Вифлеема; в книге Руфи о сыне, родившемся у Руфи и Вооза, сказано: «Овид: он отец Иессея, отца Давидова» (Руфь 4:17). Там, где в Библии короля Якова сказано «stem» (ствол), еврейское слово Исаии «geza» означает пень, оставшийся после того, как дерево срубили. «Branch» (ветвь) — это «netser», молодой побег. Родословное древо Давида было срублено, и новая жизнь поднимается от его корней:

«И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его; и почиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия.» (Исаия 11:1–2)

Царь, который вырастает из этого пня, судит бедных по правде, и при нем мир становится кротким: «Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их» (Исаия 11:6). Павел цитирует конец этого отрывка, чтобы сказать, что Христос пришел и для язычников: «Корень Иессеев восстанет, и будет владычествовать над народами; на Него язычники надеяться будут» (Римлянам 15:12). В «Новой американской Библии» предполагается, что Матфей также мог иметь в виду «netser», когда писал, что Иисус «наречется Назореем» (Матфея 2:23).

Раши также слышит в этом отрывке пророчество о Мессии. Он читает о «отрасли от корня Иессеева» как об обещании изгнанникам севера: «В конце концов придет Царь Мессия и искупит их». Христиане верят, что эта отрасль уже взошла в ребенке из рода Давида, родившемся в Вифлееме. Пророчество, называющее Вифлеем, принадлежит Михею, а не Исаии (Михей 5:2), и об этом рассказывается в том, почему Иисус родился в Вифлееме.

Матфей не говорит об этом прямо, но христиане давно слышат в этой истории отголоски Исаии. Исаия видел великий караван, идущий к свету Иерусалима: «Множество верблюдов покроет тебя, дромадеры из Мадиама и Ефы; все они из Савы придут, принесут золото и ладан и возвестят славу Господню» (Исаия 60:6). То, что описывает Матфей, тише: путники, которые прошли мимо Иерусалима к дому в Вифлееме и открыли там свои сокровища: «золото, ладан и смирну» (Матфея 2:11). Множество Исаии пришло в город; путники Матфея пришли к ребенку. «Новая американская Библия» отмечает, что этот стих и Псалом 71 «привели к толкованию волхвов как царей».

Нет, хотя оба принадлежат к одной и той же истории, развивающейся дальше. «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу» (Исаия 40:3) — это стих, который Матфей относит к Иоанну Крестителю, приготовившему путь для взрослого Иисуса (Матфея 3:3). Слугу, который «презрен был и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни» (Исаия 53:3), христиане читают у креста. Мы слышим одного и того же человека в ребенке Исаии и слуге Исаии: сын, обещанный испуганному царю, вырастает в мужа скорбей.

Обещания Исаии были даны людям, у которых были все основания сдаться: царю, боящемуся двух армий, провинции во тьме, королевскому дому, срубленному под корень. Бог ответил им ребенком, Сыном Девы Марии, рожденным в Вифлееме, городе Давидовом, и положенным в ясли. Мы до сих пор живем в тех темных местах, которые знал Исаия, среди войн, страхов и семей, которые кажутся безнадежными, и тот же самый ребенок дается нам там. Исаия видел это издалека: «и отрасль произрастет от корня его» (Исаия 11:1).

---

• Почему Иисус родился в Вифлееме?
• Эммануил означает Бог с нами
• Библейские стихи о рождении Иисуса
• Где в Библии находится история Рождества?
• Что было Вифлеемской звездой?
• «Мессия» Генделя и его библейские тексты

Еще из этой серииРождество как христианинСмотреть все 36 статьи